А. И. Орлова, Е. В. Лещикова. Выход и исключение участников из ООО

Вопросы о выходе и исключении участника из ООО урегулированы Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью” (далее – Закон). Однако практическое применение положений данного Закона выявляет ряд проблем, требующих своего разрешения с учетом имеющейся судебной практики, которая подчас весьма противоречива.

Выход и исключение участника из общества с ограниченной ответственностью являются способами прекращения правового статуса участника ООО, что возможно только при наличии адекватного возникающим правовым последствиям юридического факта: добровольного заявления участника общества о выходе (статья 26 Закона) и решения суда (статья 10 Закона) соответственно.

Выход участника из ООО

Выход участника из общества регламентирован ст. 26 Закона. Право выхода является безусловным и реализуется путем подачи заявления о выходе. Согласно п. 2 указанной нормы в случае выхода участника общества из ООО его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из общества. Следовательно, участник общества считается вышедшим из ООО с момента подачи такого заявления независимо от принятия решения общим собранием о выводе его из общества, а также независимо от внесения изменений в учредительные документы общества.

Исходя из смысла приведенной нормы, подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные ст. 26 Закона, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке. Вместе с тем это обстоятельство не лишает участника права в случае отказа общества удовлетворить его просьбу об отзыве заявления о выходе из общества оспорить такое заявление в судебном порядке применительно к правилам о недействительности сделок, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (п. 16 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 09.12.99 № 90/14 “О некоторых вопросах применения Федерального закона “Об обществах с ограниченной ответственностью”).

Правовым последствием подачи участником общества заявления о выходе из общества является обязанность общества выплатить участнику общества действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества, либо с согласия участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, а в случае неполной оплаты его вклада в уставный капитал общества - действительную стоимость части его доли, пропорциональной оплаченной части вклада.

Применяя положения о выплате действительной стоимости доли, необходимо обратить внимание на следующее.

1. Размер действительной стоимости доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется по смыслу пункта 3 статьи 26 Закона, согласно позиции ВАС РФ¹ с учетом рыночной стоимости имущества, отраженного на балансе общества.

Более того, поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 14 Закона действительная стоимость доли соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру доли, при разрешении спора о выплате действительной стоимости доли участника общества в уставном капитале общества при выходе участника из ООО наличие или отсутствие чистых активов общества в целях установления действительной стоимости доли участника общества подлежит определению арбитражным судом также с учетом рыночной стоимости имущества, отраженного в бухгалтерском балансе общества.

Гражданка К., вышедшая из общества путем подачи заявления о выходе, обратилась в арбитражный суд с иском к ООО о взыскании денежной суммы в счет действительной стоимости доли участника в уставном капитале общества, не выплаченной к моменту предъявления иска. Ответчиком заявлен встречный иск о взыскании с бывшего участника общества неосновательного обогащения, образовавшегося у истца по первоначальному требованию в результате ошибочной выплаты денежных средств в счет действительной стоимости доли.

Производство по делу в части взыскания действительной стоимости доли участника общества прекращено в связи с отказом истца от исковых требований. Встречное исковое требование решением арбитражного суда удовлетворено в полном объеме, с выбывшего из общества участника взыскана стоимость неосновательного обогащения.

Арбитражный суд руководствовался положениями статей 14, 26 Закона об ООО, согласно которым выплате участнику обществу при его выходе из общества подлежит часть стоимости чистых активов общества, пропорциональная размеру его действительной доли, определяемой на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества; действительная стоимость доли выплачивается участнику общества за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала.

При рассмотрении дела арбитражным судом на основании заключения судебно-бухгалтерской экспертизы установлено, что согласно годовому бухгалтерскому балансу за год, предшествующий году выплаты действительной стоимости доли участника ООО, чистые активы общества составили отрицательную величину (пассивы превышали активы общества). На этом основании суд пришел к выводу о том, что у общества не возникло обязанности по выплате действительной стоимости доли вышедшему участнику, а выплаченные обществом к моменту рассмотрения дела денежные средства являются неосновательным обогащением истца.

Арбитражный суд отклонил довод выбывшего из общества участника, согласно которому балансовая стоимость имущества общества не отражает действительную стоимость доли участия: рыночная стоимость объектов недвижимости, принадлежащих обществу, в несколько раз превышает их стоимость, отраженную в бухгалтерском балансе общества².

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Делая вывод об отсутствии у ООО чистых активов по итогам работы за год, в течение которого подано заявление о выходе, арбитражный суд апелляционной инстанции указал, что стоимость недвижимого имущества, отраженная в бухгалтерском балансе общества, соответствует действовавшим на момент составления бухгалтерского баланса нормативно-правовым актам; результатами проведенной судебно-бухгалтерской экспертизы подтверждается соблюдение обществом порядка ведения учета основных средств в бухгалтерской документации ООО, определенным Приказом Минфина Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н “Об утверждении положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации” (основные средства подлежат отражению в бухгалтерском балансе по остаточной стоимости)³.

Суд кассационной инстанции отменил решение и постановление апелляционной инстанции, передал дело на новое рассмотрение, указав, что по смыслу п. 3 ст. 26 Закона об ООО действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженного на балансе общества. Следовательно, и для определения наличия стоимости чистых активов общества необходимо руководствоваться рыночной стоимостью имущества, отраженного на балансе общества (активов и пассивов). Без установления действительной (рыночной) стоимости имущества, принадлежащего обществу, невозможно установить положительную или отрицательную величину чистых активов общества, в связи с чем удовлетворение встречного иска неправомерно⁴.

При новом рассмотрении дела судом первой инстанции производство по делу прекращено в связи с отказом истца по встречному иску от иска.

2. Как было указано выше, при выходе участника из общества участнику должна быть либо выплачена действительная стоимость его доли либо с его согласия выдано в натуре имущество такой же стоимости. Таким образом, с одной стороны, выбор способа исполнения обязательства в соответствии с положениями Закона и ст. 320 ГК РФ, регулирующей альтернативные обязательства, принадлежит ООО, с другой - этот выбор не носит абсолютного характера, ибо ограничен Законом только двумя возможными вариантами расчета с участниками ООО, причем второй вариант (выдача имущества) возможен лишь при условии согласия участника общества. Поскольку иных вариантов расчета с участником общества п. 2 ст. 26 Закона не предусматривает, сделки по возмещению участнику общества стоимости его доли путем оказания обществом услуг, выполнения работ и т.д. противоречат требованиям настоящей статьи и являются недействительными.

Данная позиция подтверждена в постановлении Президиума ВАС РФ № 2664/06 от 12.07.2006, где указано, что сделка по возмещению участнику ООО стоимости его доли путем оказания услуг в течение десяти лет противоречит требованиям Закона, вследствие чего на основании ст. 166, 168 ГК РФ она является ничтожной и как любая ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом.

3. Максимальный срок выплаты действительной стоимости доли – в течение шести месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого подано заявление о выходе из общества, если меньший срок не предусмотрен уставом общества, установлен законодателем в императивном порядке. Правда, это не исключает возможность его уменьшения в соответствии с уставом или по соглашению сторон. Соглашение между обществом и участником общества о более длительном сроке выплаты действительной стоимости доли, равно как и аналогичное положение устава общества, являются ничтожными в силу положений ст. 166, 168 ГК РФ⁵.

Правильное определение срока, в течение которого должна быть выплачена участнику действительная стоимость доли, имеет важное значение, во-первых, для вопроса исчисления срока исковой давности по искам о взыскании действительной стоимости доли, во-вторых, для определения момента начала течения срока, с которого при невыплате обществом действительной стоимости доли подлежат начислению проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами.

Поскольку, исходя из положений ст. 26 Закона, общество обязано выплатить вышедшему из него участнику действительную стоимость доли в течение 6 месяцев с момента окончания финансового года, в котором подано заявление о выходе из общества, если меньший срок не предусмотрен уставом общества, право вышедшего участника нарушается невыплатой обществом действительной стоимости доли со дня, следующего за последним днем шестимесячного срока (или меньшего, если он предусмотрен в уставе). Согласно п. 2 ст. 200 ГК РФ срок исковой давности подлежит исчислению с указанного дня⁶. Например, если заявление о выходе из общества подано участником общества 17.09.2004, срок исковой давности по общему правилу должен исчисляться с 01.07.2005. Специальные нормы, предусматривающие срок исковой давности по указанным спорам, отсутствуют, поэтому в силу ст. 196 ГК РФ действует общий срок исковой давности – три года.

Применительно к процентам за неправомерное пользование чужими денежными средствами в п. 18 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 09.12.99 N 90/14 “О некоторых вопросах применения Федерального закона “Об обществах с ограниченной ответственностью” говорится, что суд наряду с взысканием суммы долга вправе удовлетворить требование о взыскании процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ. В отношении момента, с которого подлежат начислению упомянутые проценты, разъяснений нет.

Согласно ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат начислению проценты. Проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день фактической уплаты суммы денежных средств, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок. Поскольку, как было указано выше, общество обязано выплатить вышедшему из него участнику действительную стоимость доли в течение шести месяцев с момента окончания финансового года, в пределах которого подано заявление о выходе из общества, если меньший срок не предусмотрен уставом общества, то в случае невыплаты обществом действительной стоимости доли со дня, следующего за окончанием указанного срока, начинается неправомерное удержание денежных средств, вследствие чего подлежат начислению проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ.

Применение данного правила начисления процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами приобретает особую актуальность в двух случаях:

1) если сторонами заключено ничтожное как противоречащее закону соглашение об увеличении максимального срока выплаты действительной стоимости доли (такое соглашение не способно легитимировать факт неправомерного удержания денежных средств);

2) если действительная стоимость доли устанавливалась в судебном порядке, проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами подлежат начислению также с момента истечения установленного п. 3 ст. 26 Закона срока, а не с момента определения действительной стоимости доли в судебном порядке⁷.

В качестве примера к последнему выводу можно привести постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 19.07.2006 по делу № Ф08-2843/2006.

Граждане П., Б., Ш., Н., Ф. обратились в суд с иском к ООО о взыскании процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в связи с просрочкой выплаты действительной стоимости доли. Решением суда первой инстанции требования истцов удовлетворены. Суд указал, что проценты начисляются с момента возникновения у общества обязанности выплатить действительную стоимость доли.

Постановлением апелляционной инстанции решение изменено. Расчет процентов произведен следующим образом: с момента возникновения у общества обязанности выплатить действительную стоимость доли (истечения 6-месячного срока) до момента вынесения постановления апелляции по делу о взыскании действительной стоимости доли (где определялась стоимость доли) проценты рассчитаны на основании оценки доли, определенной обществом, в период с даты вынесения постановления апелляции до момента фактической выплаты действительной стоимости доли проценты рассчитаны в соответствии со стоимостью доли, определенной экспертом.

Отменяя постановление апелляционной инстанции и оставляя в силе решение суда первой инстанции, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа указал, что поскольку общество неправильно определило размер действительной стоимости долей выбывших участников, руководствуясь данными о балансовой стоимости основных средств, не отражающими их реальную восстановительную стоимость, суд апелляционной инстанции необоснованно применил ответственность по статье 395 Гражданского кодекса РФ за просрочку выплаты заниженной стоимости доли, определенной обществом.

Денежное обязательство по выплате действительной стоимости доли возникло у общества по истечении шести месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого поданы заявления о выходе из общества. Поскольку фактически выплата действительной стоимости произведена 23.06.2005, ответственность за пользование чужими денежными средствами должна быть определена с момента возникновения денежного обязательства по день его исполнения.

Исключение участника из ООО

Исключение участника из ООО по своей правовой природе является гражданско-правовой санкцией, которая, во-первых, может выступать в качестве юридической ответственности за совершенное участником общества правонарушение, характеризующейся определенными лишениями, которые участник общества обязан претерпеть за свои неправомерные действия, образующие состав правонарушения; а во-вторых, может носить пресекательный характер, в связи с чем обладает двумя характерными для санкций данного вида признаками:

а) цель применения - прекращение противоправных действий или предотвращение их вредных последствий;

б) основанием применения данной разновидности санкции в отличие от мер предупреждения являются неправомерные действия со стороны участника общества⁸.

Обращаясь к вопросу об основаниях исключения участника из общества, необходимо отметить, что перечень неправомерных действий, которые служат основанием для исключения участника из ООО, содержится в ст. 10 Закона. Согласно данной статье участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем 10 % уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет. Истцами по иску об исключении участника из ООО могут выступать только участники (или один участник) общества, обладающие необходимой совокупностью голосов. Иск об исключении участника из общества не может быть заявлен самим обществом⁹.

По смыслу ст. 10 Закона законодательно выделяются два общих самостоятельных основания исключения участника из ООО:

1) грубое нарушение участником общества обязанностей, возложенных на него в связи с участием в обществе;

2) совершение действий (бездействия), которые делают невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняют.

Относительно первого основания исключения следует обратить внимание, что перечень обязанностей участника общества, нарушение которых влечет исключение участника из ООО, может содержаться в соответствии со ст. 9 Закона помимо Федеральных законов в актах поднормативного и локального регулирования корпоративных отношений. К числу основных обязанностей Закон (п. 1 ст. 9) относит обязанность не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности общества и обязанность вносить вклады в порядке, размерах, в составе и в сроки, которые предусмотрены Законом, учредительными документами общества.

Вместе с тем невнесение вклада в уставный капитал общества может служить основанием исключения участника из ООО, исходя из норм Закона, только в случае невнесения дополнительных вкладов в уставный капитал общества10. Невнесение в срок вклада в уставный капитал общества при учреждении ООО согласно п. 3 ст. 23 Закона является иным основанием прекращения статуса участника общества, не требующим процедуры исключения участника из общества, в обозначенной ситуации доля участника общества, не оплатившего ее, переходит к обществу с момента истечения срока на ее оплату, и такое лицо с указанного момента перестает быть участником общества.

Поскольку основанием исключения участника из ООО может служить только грубое неисполнение обязанностей, суд должен в своих выводах исходить из всех признаков состава правонарушения, принимая во внимание степень вины участника общества, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий11. Таким образом, данное основание исключения участника из ООО, во-первых, не носит формального характера, во-вторых, подлежит применению лишь при установлении факта причинения или возможности причинения обществу вреда в связи с неисполнением участником общества своих обязанностей.

Второе основание исключения участника из ООО рассчитано на случаи нарушения правил поведения, носящих общезапретительный характер. Законодательная формулировка ориентирует правоприменителя на возникшие в результате неправомерных действий последствия в виде невозможности или существенной затруднительности деятельности общества (например, истечение срока действия лицензии и связанная с данным обстоятельством невозможность осуществления обществом деятельности12, незаконный увод имущества, участвующего в производственной деятельности общества, введение в отношении общества процедуры банкротства13, приостановление банковских операций общества и др.).

Причиной названных последствий могут выступать как злоупотребление корпоративным правом, то есть использование его в противоречие общим корпоративным интересам14, по общему правилу заключающимся в создании необходимых условий функционирования общества как коммерческой организации, цель учреждения и деятельности которой состоит в извлечении максимально возможной прибыли, так и иные неправомерные действия.

Злоупотребление участником общества корпоративными правами может состоять в следующем.

Во-первых, это указанное в подп. “б” п. 17 Постановления № 90/14 систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников. Применяя это разъяснение высших судебных инстанций, необходимо иметь ввиду, что систематическое неучастие участника общества в общих собраниях участников общества, в повестку дня которых включены вопросы, не требующие принятия решения путем единогласного голосования, если доля данного участника в уставном капитале общества составляет менее 50 %, не свидетельствует о совершении ответчиком действий, делающих невозможной деятельность ООО или существенно ее затрудняющих.

Во-вторых, основанием для исключения участника также может являться систематическое уклонение от участия в общем собрании по вопросам, решение по которым должно быть принято большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества, а также иным, предусмотренным в законе либо уставе общества, большинством голосов, в случае если участнику принадлежит такое количество голосов, что его отсутствие на собрании не позволяет принять указанные решения.

Следует отметить, что систематическая неявка участника общества на общие собрания может быть признана уклонением от участия в них при доказанности соблюдения процедуры извещения участника о проведении собрания и отсутствия уважительных причин неявки. Систематическое отсутствие участника общества на общих собраниях, повлекшее невозможность деятельности общества либо ее затруднительность, не является основанием для исключения участника из ООО в случае доказанности наличия уважительных причин отсутствия данного участника.

По делу № А33-5992/200515 арбитражный суд признал уважительными причинами неявки на общие собрания участников нахождение в командировке, необеспечение обществом доступа в здание, где проводилось общее собрание, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии факта злоупотребления правом со стороны ответчика и, как следствие, оснований применения к участнику общества санкции в виде исключения участника из ООО.

К случаям злоупотребления правами участника ООО можно отнести и злоупотребление правом единоличного принятия решения, когда ответчик обладает необходимым для принятия решений числом голосов, если оно осуществлено с иной целью, чем получение обществом прибыли16. Однако, истцу необходимо доказать факт злоупотребления правом единоличного принятия решения, поскольку принятие общим собранием участников общества неправомерных, недействительных решений не является достаточным основанием применения к отдельному участнику ООО санкции в виде его исключения из общества.

Участник ООО обратился в арбитражный суд с иском об исключении ответчика из ООО. В обоснование заявленного требования истец наряду с другими фактами ссылался на принятие общим собранием участников ООО недействительных решений общих собраний участников, проведение по инициативе ответчика общих собраний участников общества, повестка дня которых не соответствовала содержанию принятых решений.

Отклоняя заявленный истцом довод как основание исключения участника из ООО, арбитражный суд указал, что сам по себе факт признания не имеющими юридической силы решений общих собраний участников ООО не может являться доказательством допущенного участником общества грубого нарушения своих обязанностей либо того факта, что он своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Действия по проведению общего собрания участников связаны с реализацией прав, предусмотренных учредительными документами общества и гражданским законодательством, решения общих собраний участников ООО являются результатом согласованного волеизъявления всех или большинства участников ООО, иное (факт злоупотребления правом участия в управлении делами общества, совершение неправомерных действий конкретным участником, повлекшим негативные последствия для общества в виде невозможности осуществления деятельности общества или затруднительность деятельности) должно быть доказано истцом17.

В связи с вышеизложенным заметим, что осуществление либо неосуществление участником ООО заложенных в праве возможностей участия в деятельности общества (требовать проведения общих собраний, право на участие в общих собраниях, право требовать проведения независимым аудитором проверки правильности годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества, текущих дел общества и т.д.) при отсутствии признаков злоупотребления правом, влекущего существенное затруднение или невозможность осуществления деятельности общества, не может являться основанием исключения участника из ООО, поскольку участник общества реализует предоставленные ему правовые возможности участия в деятельности ООО своей волей и в своем интересе.

По делу № А33-16961/04-с1, рассмотренному Арбитражным судом Красноярского края, в обоснование искового требования об исключении ответчика из числа участников ООО соистцы ссылались на следующие обстоятельства: созыв по инициативе ответчика двух общих собраний участников общества, на которые ответчик не являлся, что повлекло причинение убытков обществу; заключение договора с аудиторской компанией и требование проведения аудиторской проверки и оплаты услуг аудитора, реализации части своей доли третьим лицам с нарушением норм о праве преимущественной покупки части доли участниками общества, неисполнении им обязанности участника общества, предусмотренной ст. 21 ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”, о письменном извещении остальных участников общества и самого общества о намерении продать часть своей доли третьему лицу. Истцы также ссылались на факт неоднократного обращения ответчика в суд по “надуманным основаниям”.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу об отсутствии в действиях ответчика признаков злоупотребления предоставленными участнику общества гражданским законодательством субъективными правами (осуществление субъективных прав во вред обществу), которые имеют своими последствиями невозможность деятельности общества или существенное ее затруднение¹⁸.

Судами апелляционной и кассационной инстанций решение оставлено без изменения¹⁹.

Неправомерные действия (бездействие), которые нарушают положения закона и устава общества, как вторая группа деяний, относящихся к рассматриваемому основанию исключения участника из ООО (совершение действий (бездействия), которые делают невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняют представлены в судебной практике в виде:

o совершения недействительных сделок от имени общества неуправомоченным лицом, совершение мошеннических действий;

o совершения общественно-опасных действий по захвату бизнеса, самовольное осуществление полномочий генерального директора общества²⁰;

o незаконное проведение общих собраний, конечной целью которых является увод имущества, принадлежащего обществу, совершение сделок на невыгодных условиях, наносящих имущественный вред обществу²¹ и др.

Обобщая все изложенные признаки указанных в Законе оснований исключения участника из ООО, следует подчеркнуть, что вышеперечисленные действия (бездействие) являются основанием исключения участника из общества не сами по себе, а лишь при условии, если они повлекли негативные для общества последствия (штрафные санкции, возлагаемые на общество, ввиду непредставления бухгалтерской отчетности, потенциальная угроза ликвидации общества и др.), которые должны в конечном итоге, исходя из второго основания исключения участника из общества, влечь невозможность или существенную затруднительность деятельности общества²².

Поскольку исключение участника из ООО является, по сути, расторжением учредительного договора, возможен только судебный порядок исключения участника из ООО, что соответствует общему порядку расторжения договора (ст. 450, 451 ГК РФ) при отсутствии в рассматриваемом случае согласия участника на выход его из общества. Решение общего собрания участников ООО об исключении участника из общества не может быть расценено в качестве решения об обращении в суд с требованием об исключении и подлежит признанию недействительным.

Гражданка З. обратилась в арбитражный суд с иском к ООО о признании недействительным решения общего собрания об исключении ее из общества. В обосновании заявленного требования истица указывала на то, что решение принято с нарушением ст. 10 Закона об ООО, согласно которой исключение участника из общества при наличии предусмотренных данной нормой оснований возможно лишь по решению суда. Поскольку гражданка З. голосовала против оспариваемого решения, согласно ст. 43 настоящего Закона она имеет право требовать признания его недействительным в судебном порядке.

Ответчик исковые требования не признал, ссылаясь на то, что данное решение следует расценивать в качестве решения об обращении в суд с требованием об исключении гражданки З. из общества.

Суд удовлетворил иск, указав следующее. В силу положений ст. 8, 10, 26 Закона об ООО участник общества может либо выйти из общества, обратившись с заявлением о выходе, либо может быть исключен из общества решением суда по требованию участников общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем 10 % уставного капитала общества, при наличии предусмотренных законом оснований.

Доказательств обращения участника общества – гражданки З. с заявлением о выходе из числа участников материалы дела не содержат.

Довод ответчика о том, что общее собрание оспариваемым решением не исключило истицу из числа участников, а постановило обратиться в суд с таким требованием, суд посчитал несостоятельным. Из протокола следует, что в повестку дня общего собрания включен вопрос об исключении из состава участников общества гражданки З., участники общества также голосовали за ее исключение.

На основании изложенных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что оспариваемое решение противоречит требованиям ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью” и нарушает права и законные интересы участника общества, вследствие чего подлежит признанию недействительным²³.

Самостоятельной и требующей систематизированного подхода является проблема возможности применения ст. 10 Закона в отношении участника общества, одновременно осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа общества. По данному вопросу в арбитражной практике сложилось два противоположных подхода:

Согласно одному из них, если участник общества, будучи одновременно единоличным исполнительным органом общества, совершает неправомерные действия путем использования полномочий единоличного исполнительного органа, основания для исключения его из общества отсутствуют.

Заключение генеральным директором общества договора займа, что привело к невозможности дальнейшей деятельности общества, расценено арбитражным судом как отсутствие основания исключения участника из ООО, поскольку ответчик при заключении сделок действовал, используя полномочия единоличного исполнительного органа общества, а не участника ООО. При этом суд указал, что из смысла ст. 10 Закона следует, что из ООО может быть исключен участник общества, а не лицо, осуществляющее функции исполнительного органа (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 09.10.2003 по делу № А74-1598/03-К1-Ф02-3322/03-С2).

ФАС Центрального округа (постановление от 03.08.2005 по делу № А54-4968/2004-С7) посчитал обоснованным отказ в удовлетворении исковых требований об исключении участника из общества, поскольку действия (бездействия) ответчика, на которые ссылается истец в обоснование требования, связанные с созывом собрания, изменением учредительных документов, совершением сделок, относятся к исполнению ответчиком обязанностей исполнительного органа общества, что не является основанием для исключения участника из общества. Совпадение участника общества и исполнительного органа общества в одном лице не означает, что действия (бездействие) исполнительного органа являются основанием для исключения участника, одновременно являющегося директором общества из общества).

В соответствии с другим подходом избрание лица единоличным исполнительным органом общества не прекращает статуса участника общества, а следовательно, совершение неправомерных действий единоличным исполнительным органом общества при наличии иных условий применения санкции ст. 10 Закона служит основанием для исключения участника из ООО²⁴.

Дополнительный статус участника общества в качестве единоличного исполнительного органа на момент совершения неправомерных действий в виде инициирования сделки в отношении имущества, находящегося в залоге, и не сообщение данной информации участникам общего собрания, которое приняло решение о совершении данной сделки, не послужило препятствием для вывода ВАС РФ об исключении участника из общества, поскольку, как указал суд, ответчик являлся участником общества и на него в полной мере распространялись предусмотренные уставом общества обязанности участника (постановление Президиума ВАС РФ от 26.08.2003 № 7325/03).

ФАС Уральского округа (постановление от 13.07.2005 № Ф09-2173/05-С5) признал законным и обоснованным решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции об исключении участника, одновременно выполняющего обязанности единоличного исполнительного органа общества, из ООО. Помимо иных фактов недобросовестного поведения участника общества в мотивировочной части постановления указаны обстоятельства, согласно которым ответчик как участник и директор общества препятствует другому участнику общества в управлении делами общества, поскольку игнорирует заявления о проведении общих собраний участников общества, сам их не проводит и, кроме того, не представляет по требованию участника общества документы о финансовой деятельности общества, тем самым нарушает Устав общества.

Как показывает анализ судебных актов по обозначенной проблематике, наметился отказ арбитражных судов от формального подхода, исключающего возможность применения рассматриваемого вида санкции только потому, что участник ООО выполняет функции единоличного исполнительного органа общества. В основе данной позиции лежит то обстоятельство, что исполнение обязанностей единоличного исполнительного органа лицом, одновременно являющимся участником ООО, лишь увеличивает его позитивную ответственность перед лицом общества и других его участников, не является обстоятельством, которое нивилирует статус участника ООО, а последствия неправомерных действий директора ООО во многих случаях соразмерны тем, которые являются основанием для исключения участника из ООО.

Использование формального подхода при рассмотрении подобных дел влечет неравенство правового положения участников общества. В такой ситуации вполне уместным становится вопрос: почему, к примеру, совершение участником ООО, исполняющим функции единоличного исполнительного органа общества, недействительных сделок, наносящих значительный вред обществу (совершение крупных сделок при отсутствии решения о ее совершении общего собрания участников общества), влечет иные правовые последствия, нежели использование участниками общества заложенной в ст. 10 Закона возможности требовать исключения недобросовестного участника из ООО, в то время как при совершении участником общества, не являющимся единоличным исполнительным органом общества, ничтожных с точки зрения закона сделок, повлекших для общества аналогичные последствия, данная санкция подлежала бы применению?

Представляется, что доводы истца, положенные в основу требования об исключении участника из ООО, подлежат оценке судом по существу в соответствии с положениями ст. 10 Закона на наличие оснований для исключения участника из ООО, а осуществление лицом полномочий генерального директора не может выступать препятствием для исключения такого участника из ООО при наличии всех условий возложения данного вида санкций (неправомерные действия, негативные последствия для общества, с учетом степени вины участника общества).

Во всяком случае при решении вопроса об исключении недобросовестного участника из общества, на наш взгляд, следует также обратиться к цели применения данной санкции, которая с учетом ее пресекательного характера, состоит в полном отстранении участника от деятельности ООО, рассматривается как мера экстренного реагирования на неправомерную деятельность участника для устранения препятствий в деятельности общества. И если цель – пресечь правонарушения участника общества, чтобы устранить препятствия в деятельности общества, достижима путем отстранения такого участника от исполнения обязанностей генерального директора (существует реальная возможность переизбрать генерального директора общим собранием участников), то суд не может считать абсолютно оправданным применение данной санкции²⁵.

В завершение рассмотрения вопросов, связанных с выходом и исключением участника из ООО, отметим, что заявление участника о выходе из общества расценивается законодательством, гражданско-правовой теорией как односторонняя сделка, которая, с одной стороны, связана с прекращением статуса участника ООО, а с другой - порождает обязательственно-правовые последствия в виде необходимости выплаты вышедшему участнику действительной стоимости доли, являет собой предусмотренный в законодательстве случай, возлагающий на лицо, не участвовавшее в волеизъявлении, – ООО обязанность по выплате действительной стоимости доли участнику общества (ст. 154, 155 ГК РФ). Вынесение судом решения об исключении участника из ООО также служит основанием возникновения согласно ст. 23 Закона обязательства по выплате действительной стоимости доли.

Поскольку заявление о выходе участника из ООО, вступление в законную силу решения суда об исключении участника из общества порождает гражданско-правовое обязательство, к правоотношениям, связанным с выходом участника из общества, а также его исключением, помимо ст. 14, 15, 16, 23, 26 Закона применяются общие положения ГК РФ об обязательствах (подраздел I раздела Ш части первой) в части исполнения обязательств, возможной перемены лиц в обязательстве, ответственности за нарушение обязательств, оснований прекращения обязательств.

Участник общества обратился в арбитражный суд с исковым требованием о признании недействительным на основании статьи 168 Гражданского кодекса РФ соглашения об установлении действительной стоимости доли, подлежащей выплате в связи с выходом истца из ООО, в меньшем размере, чем действительная стоимость доли участника в уставном капитале ООО, определенная на основании статьи 26 Закона.

Решением арбитражного суда иск удовлетворен, соответствующие положения указанного соглашения признаны ничтожными в силу противоречия статье 26 ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”, императивно устанавливающей порядок определения действительной стоимости доли, срок ее выплаты²⁶. Постановлением суда кассационной инстанции решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение, так как суд не дал оценку доводам ответчика о том, что заключенное между сторонами соглашение свидетельствует о прекращении обязательства по выплате ответчиком истице действительной стоимости доли прощением долга (ст. 415 ГК РФ)²⁷.

При новом рассмотрении дела арбитражный суд отказал в удовлетворении исковых требований²⁸. Апелляционная инстанция поддержала решение, вынесенное судом первой инстанции²⁹. Руководствуясь общими положениями ГК РФ о гражданско-правовых обязательствах, суды указали следующее.

Исходя из положений ст. 26 ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”, ст. 153, 154, 155 ГК РФ, выход участника из общества является односторонней сделкой, которая создает для общества обязанность выплатить вышедшему участнику действительную стоимость его доли. Указанной обязанности корреспондирует право вышедшего участника требовать от общества осуществление данной выплаты.

Согласно ст. 407, 408 ГК РФ обязательство прекращается как в связи с надлежащим исполнением, так и в силу иных оснований, предусмотренных ГК РФ, иными правовыми актами или договором. Между истцом и обществом после подачи заявления о выходе заключено соглашение, согласно которому общество в счет прекращения обязательства производит выплату денежных средств в указанные данным соглашением сроки в размере, меньшем, чем действительная стоимость доли участника в уставном капитале общества, определенная в соответствии с законодательством.

На основании всех имеющихся в деле доказательств и руководствуясь ст. 415 ГК РФ (обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащей на нем обязанности, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора), арбитражный суд пришел к выводу о частичном прощении долга участником обществу на основании оспариваемого соглашения, которое, как установлено судом, содержит все необходимые реквизиты для сделки и соответствует положениям законодательства.

____________________________

1 Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2005 № 5261/05.

2 Решение от 08.08.2005 по делу №А33-24926/04-с1 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

3 Постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Красноярского края от 13.10.2005 по тому же делу.

4 Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 21.02.2006 по делу № А33-24926/04-с1-Ф02-355/06-с2.

5 Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2005 № 5261/05.

6 Указанная позиция отражена в постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 17.01.06 по делу № А78-8595/04-С1-11/253-Ф02-6874/05-С2.

7 См. постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 31.10.06 по делу № А33-13776/05-Ф02-5653/06-с2.

8 Проблемы общей теории права и государства: Учебник для вузов / Под общ. ред. В.С. Нерсесянца. М., 2006. С. 490-493.

9 Иск об исключении участника из ООО с точки зрения теории гражданского процесса можно отнести к производным искам.

10 По данному вопросу существует и другая точка зрения, согласно которой невнесение дополнительного вклада участниками при увеличении уставного капитала общества в соответствии со ст. 19 Закона не может рассматриваться в качестве грубого нарушения участником общества своих обязанностей, либо действия (бездействия), которое делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет, поэтому не может служить основанием для исключения участника из общества на основании ст. 10 Закона. См.: п. 1 Рекомендаций Научно-консультативного Совета ФАС Волго-Вятского округа о практике применения корпоративного законодательства // http://www.fasvvo.ru/nks/raso.htm

11 См. подпункт “в” пункта 17 Постановления Пленумов Верховного суда РФ и ВАС РФ от 09.12.1999 № 90/14 “О некоторых вопросах применения ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”.

12 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 24.07.2006 по делу № А11-8185/2005-К1-14/512.

13 Постановление ФАС Центрального округа от 03.11.2003 по делу № А23-409/03Г-10-10.

14 Радченко С.Д. Применение запрета злоупотребления правом в корпоративных отношениях // Корпоративные споры. 2006. № 2. С. 17-18.

15 Архив Арбитражного суда Красноярского края.

16 Радченко С.Д. Указ соч. С. 18.

17 Решение и постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-31996/04-с1 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

18 Решение Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2005 по делу №А33-16961/04-с1 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

19 Постановления апелляционной инстанции Арбитражного суда Красноярского края от 30.06.2005 по и ФАС Восточно-Сибирского округа от 06.10.2005 по делу № А33-16961/04-С1-Ф02-4853/05-С2.

20 См.: постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 04.03.2004 № Ф08-468/2004; ФАС Московского округа от 26.04.2006 № КГ-А40/3145-06-П; ФАС Московского округа от 20.01.2005 № КГ-А40/12674-04; ФАС Западно-Сибирского округа от 16.03.2006 № Ф04-3990/2005 (20671-А45-11).

21 Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 31.05.2005 по делу № Ф08-2053/2005.

22 Согласно судебной практике суд отказывает в удовлетворении исковых требований об исключении участника из общества в силу отсутствия основания для исключения участника из общества, если истцом не доказаны факты существенного затруднения деятельности общества либо ее невозможности в результате недобросовестного поведения участника общества и причинения обществу убытков. См., напр.: постановленич ФАС Дальневосточного округа от 18.05.2004 № Ф03-А59/04-1/598; ФАС Московского округа от 10.05.2006 № КГ-А41/2974-06.

23 Дело № А33-16169/04-с1 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

24 Постановлением ФАС Московского округа от 27.05.2004 по делу № КГ-А40/4028-04 оставлены без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, в соответствии с которыми удовлетворено исковое требование об исключении участника из ООО. В соответствии с обстоятельствами дела, ответчик, осуществляя полномочия единоличного исполнительного органа общества, не представлял другим участникам общества информацию о деятельности общества, а также не выполнял вступившие в законную силу решения об обязании предоставить соответствующую информацию о деятельности общества; в течение длительного времени не сдавал предусмотренную законом отчетность о деятельности общества в налоговые органы, что могло повлечь для общества дополнительные расходы в виде финансовых санкций.

25 Постановлением ФАС Уральского округа от 07.08.2003 по делу № Ф09-2102/03-ГК признано законным постановление суда апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований об исключении участников из общества. В обоснование исковых требований положены неправомерные действия участников ООО, выразившиеся в единоличном распоряжении имуществом общества в личных интересах, в многочисленных нарушениях финансовой дисциплины, а также в непредставлении участникам общества информации о деятельности последнего. Арбитражный суд признал данные основания недостаточными для применения меры ответственности в виде исключения ответчиков из общества. Помимо всего прочего суд кассационной инстанции указал, что поскольку доля в уставном капитале общества ответчиков незначительна, участники общества имели реальную возможность избрать на общем собрании единоличный исполнительный орган по своему усмотрению.

26 Решение от 08.07.05 по делу № А33-10760/2005 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

27 Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа по делу № А33-10760/05-Ф02-57777/05-с2 от 24.11.2005.

28 Решение от 10.04.2006 по делу № А33-10760/2005 // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

29 Постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Красноярского края от 09.06.06 по тому же делу // Архив Арбитражного суда Красноярского края.

Опубликовано в журнале «Арбитражная практика» №3 2007

Опубликовано: 10.07.2012 16:31 Обновлено: 10.07.2012 16:31